на главную
на главную
+7 (495) 125-33-97      +7 (903) 119-54-58
 

русский
english
          о клубе
сотрудники
состав
направления
вопрос-ответ
контакты

магазин
спорт
туры
фото-видео
разное
форум

горячие новости клуба

 22.06.2017 НОВЫЙ СОНЧ в сентябре!
 21.06.2017 ШАНЯ РИВЕР - 2017!!!
 21.06.2017 ВЗНОСЫ за июль!!!
 20.06.2017 Летние слаломные сборы в Чехии! Прием заявок!
 20.06.2017 И вновь УНИКАЛЬНАЯ возможность!

правила

  Правила хранения личных лодок в эллинге и бассейне

  Правила пользования клубным компьютером

  Правила жизни на базе "Буревестник"

расписания

Расписание тренировок на зимний сезон 2016-2017

календарь событий

План мероприятий спортивного клуба "Три Стихии" на сезон 2017

ближайшее событие:

  07.07.2017 *Обучающий трип по порогам Петиальвена ШВЕЦИЯ

  07.07.2017 Родео-лагерь в Швеции

 Кубок России по кануполо III тур

 Окуловский слалом

 Международные соревнования по кануполо в Тракае

 Шаня-Ривер 2017

 Сияк тур по Ладожским шхерам + каналы Питера

 Родео тур в Платтлинге

 Выезд выходного дня в Окуловку

фотогалерея

2-14

главная

туры

Норвежский синдром

 

Норвежский синдром

 

В Норвегию я рвался давно, но безуспешно. Череда переломов конечностей каждый раз отбрасывала меня туда, откуда я начинал думать о Норвегии. Клубные соратники заинтересованно наблюдали за этой борьбой с судьбой, втихаря оценивая между собой такие качества моего ума, как здравый смысл и сообразительность. Однако события этого года показали, что здравомыслия и сообразительности не хватает у многих в клубе, чем сильно меня утешили. Поэтому я и оказался в Норвегии.

Норвегия, как пишут в путеводителях, страна фьордов и водопадов, и невозможно составить реальное представление о ней, не почувствовав этого самому. Сидя в унылой и плоской Москве, как-то трудно себе представить, что где-то рядом живут Монгефоссен и Мардалсфоссен под 700 м высоты, а дорога, по которой ты едешь, в любой момент может выскочить на невероятный серпантин, где внизу по бесконечной воде плывет паром размером с небольшой город. И между этим нереальным миром чистейшей голубой и зелёной воды такой же нереальный мир нагорий со снежными пиками, изумрудной травой и бесчисленными озёрами. А красиво излагаю, чертяка!

В общем, когда я оказался в пятницу на ЦСК ВМФ, меня покачивало от сознания происходящего. В себя я пришёл от сопутствующих выезду забот. Первым делом выяснилось, что багажник на крыше держится только на двух точках, поскольку за год никто не удосужился посмотреть, что там, собственно с ним происходит. Меня, кстати, всегда занимал вопрос, что думают водители едущих позади машин, когда на них сверху летит каяк. Ещё надо было прицепить два велосипеда, поскольку некоторые по ошибке предполагали, что у них будет в основном велосипедный тур. И самое занимательное – запихать весь стафф и провизию в оказавшийся вдруг таким маленьким бас. Вы уже могли заметить, что в последние годы атлеты далеко ушли от спартанской обстановки и возят с собой не банальный кемпинговый стул, а полноценное кресло с сервировочным столиком и действующим камином в придачу.

Утром мы покатили по Ленинградке в страну-легенду. Я, как и положено запасному драйверу, тут же хлебнул пива и запил его водочкой, потому что до парома ехать долго, а выпить хотца вот прямо щас. Ничего страшного, как всегда в команде нашлись чудаки-волонтёры, готовые променять безмятежный отдых на верхней полке на изнурительный труд по бережной перевозке валяющихся тел. Мы выехали в Норвегию с небольшим гандикапом, чтобы иметь возможность варьировать время на границе. С одной стороны, нам надо было успеть на паром, а с другой стороны, не хотелось появляться на границе раньше 12 ночи, чтобы не терять день в визе. Поэтому мы зарулили в Выборг, чтобы насладиться здешней кухней на фоне остывающих на закате камней местного замка. На границе мы как всегда попугали обывателей видом нашего бравого каякерского баса, а Лёха пытался продемонстрировать финским погранцам наличие отсутствующих ремней безопасности. Когда вся эта суета закончилась, меня охватила волна безмятежности и я спокойно уснул, безропотно передав руль чудаковатым романтикам ночной дороги, руля и педалей. На всякий случай предупреждаю молодых и неопытных – со всей внимательностью отнеситесь к перспективе встретить ночь за рулем, если у вас в напарниках штурман – женщина. Вы в опасности и можете плохо кончить.

Утром я проснулся в другом мире – Балтика, «Викинг Лайн» и площадь, заставленная авто. Пора представить команду – Лёха Шишков со Светкой, я (надеюсь, понятно кто),Саня Гришук, Юра Росиков, Серёга Балашов, Верунчик и Маша (моя жена. Я тоже когда-то плохо кончил.)

Те, кто плохо выспался, оккупировали ковры и паласы второго яруса бара, чем слегка озадачили персонал, а я отправился по этажам «Викинга», чтобы стряхнуть с себя остатки российской действительности и ускорить переход в мир троллей, оленей и сёмги. Кто вынужден постоянно курсировать на пароме, наверно, воспринимает это уже как банальность. Мне же надолго врезалась в память деловитость этого постоянно гудящего огромного бегемота. Паруса, маяки, чайки, другие бегемоты в соседних шхерах, скалистые островки целый день неутомимо проплывали за бортом. Наконец Стокгольм, выгрузка, стремительный рывок по Швеции и я просыпаюсь там, куда так долго ехал.

Норвегию невозможно перепутать. Даже в обделённом фьордами спокойно-безмятежном Хедмарке всё по-другому. Сам воздух пропитан Норвегией. Я высунул голову из палатки и попытался влить в себя весь этот мир. На две недели всё это будет и моим тоже. Сзади нас застыло озеро, по которому клочьями перемещался туман. Вокруг бесконечными зелёными холмами разлеглось нагорье. Где-то рядом гремела река. Но прохладненько. Ещё чуть и смело можно будет давать дуба. Впрочем, это не главное - уезжая на сплав, не надо заряжаться на тепло и солнце, главное вода. А с этим повезло, потому что часто шёл дождь. Ещё в Москве я мониторил погоду в этом регионе. И тогда шёл дождь. Так что воды не могло не быть.

Сегодня была Мистра – самая боевая река здесь, но для нас она раскаточная. Лёха заранее пел нам песни, что уровень рек будет повышаться от простого до сложного, то есть Мистра типа простая. Это сильно расслабило команду – видимо атлеты ожидали увидеть нечто вроде Сходни. Уже через 15 минут я и Лёха носились по реке, спасая народ и стафф. Как водится в таких случаях, человек и лодка оказывались на разных берегах. Я уже начал подуставать морально и физически, как снова кинулся за Машей. Траверснуть не успел и ушёл вместе с ней в слив, где в бочке нас разъединило . Она ушла дальше, а меня расклинило в камнях в перевёрнутом состоянии и я вылез, после чего с берега увидел наконец полную картину разгрома. Из семи человек только двое было в лодках, Лёха с берега кидал морковку Маше метрах в ста ниже меня, две лодки и одно весло ушли. Маша пришла как раз, когда Лёха гнался за пираньей и переключился на неё. Сложного на Мистре в принципе ничего не было, надо только понимать, что совсем простых рек в Норвегии нет. Сама Мистра это не полудроп, а шивера в режиме нон-стоп, то есть уловов, конечно, полно, но расслабиться негде. И, видимо, давила погода – было холодно, шёл дождь, и долину накрыло тяжёлой облачностью. В общем, после шести часов сплава решено было закончить и вызывать Светку с басом. Лёха погнал найденную лодку вниз на трамвайчике и я с интересом смотрел, как он там с ней кувыркается. После, с удовлетворением произнеся: “Ну я так и думал…”, я решил отправить другую лодку самосплавом, а сам шёл рядом, временами спихивая её с камней. Дозвониться до Светки не удалось, телефон в куртке промок и отключился, и к ней побежали гонцы. До моста в Акрестроммене мы не дошли чуть-чуть, километра два. Сам Акрестроммен стоит на северном берегу длиннющего озера Стурше, одного из самых глубоких в Норвегии – 300 м.

Всё-таки день удался, разочарованных не было. Мы вернулись на место стоянки у озера и немного расслабились. Желающие искупались в холодном, как айсберг, озере – а для меня это вообще ни с чем не сравнимое наслаждение. Лёха решил скорректировать планы и разбавить сплав парой аттракционов – Унсетой и Сетнингой, чтобы немного растаможить коллектив.
Унсета забавная речка. Она была на следующей день. Мы шли её от Баккена до  Элвала. Достаточно простая, но временами до веселья зажигательная – сплошные горки и сливы метра по два-три. Маша шла за Лёхой и не всегда в должной мере разгонялась перед бочками. Я шёл за ней и когда она залегла в первый раз, мне удалось проскочить мимо. Через десять минут она залегла уже прямо передо мной и уходить было некуда. Непосредственно сзади напирала Верунчик, которая всё время шипела на меня, что я торможу, так что нарисовывался вариант собрать суп из каякеров. Полагаясь на удачу, я разогнался и прыгнул на Машину лодку, чтобы выбить её из бочки. Я тоже залёг, но по течению понял, что нас вымыло. Когда вставал, два раза шарахнул веслом по чей-то лодке, с третьего раза стал тянуть голову и в конце концов стрельнулся, весь злой на себя. Все вокруг откровенно ржали. В целом всё прошло мирно, без затей, не то что вчера. Вылезли под моросящий дождь на берег и стали ждать Светку, которая застряла где-то в деревне. Нам нужно было переезжать в другое место, ближе к Уле.

План был такой – опробовать Сетнингу, которую “Три Стихии” ещё не ходили, а затем пешком пройти по Национальному парку Рондан в Мюсусеттер, что уже по ту сторону хребта, в Оппланне. Света должна была перегнать туда бас и снять коттедж.

Мы переехали на стоянку в район Рондана и остановились на пятачке у озера Langtjorna. Я не уверен, смогу ли точно передать на русском местную топонимику и в таких случаях пишу названия в латинской транскрипции. Хедмарк тем хорош, что здесь полно мест для бесплатных стоянок. Основные красоты Норвегии лежат возле побережья и там уже со стоянками не так просто. Мы поездили по дороге взад-вперед и решили встать у озера, где явно была стоянка.

Хотя от первой стоянки мы отъехали всего на 120 км, ландшафт вокруг нас поменялся.

Возвышенности стали выше, добавилось зелени, деревья стояли кучнее. А может, просто вышло солнце, и из-за этого весь мир стал восприниматься острее. Я всё-таки не совсем ещё въехал в этот мир и временами на меня находило чувство нереальности происходящего. Когда мы с озера заплывали в Сетнингу, от одного вида сходящихся перед нами каменных лбов и искрящих на солнце брызг от водопадов я вдруг полностью ощутил себя каким-то странным персонажем из легенды, вроде Перегрина Тука, которого вместе с Сэмом и Мерри вёл за собой в Ородруин хитрожопый Фродо Беггинс. Тем более, что нас было четверо – остальные устроили перерывчик и покатушки на велосипедах. При истоке из озера Rundtjorna Сетнинга бежит ещё с небольшим уклоном, все сливы просматриваются и не представляют особой сложности. Насколько я помню, мы даже не вылезали на просмотр. Однако скоро стенки поднялись и Сетнинга потекла в каньоне. Начало отмечалось красивым водопадом на левой стене. И дальше пошли ступенька за ступенькой с крутыми поворотами и весёлыми бочками. Река неутомимо летела вниз, а я ощущал себя вагончиком на американских горках. На одном повороте я попытался отвернуть на отхвате, но не успел убрать лопасть и перевернулся через весло, кувыркаясь в сливе, но быстро встал. Каньон достаточно быстро закончился. Слева и справа поднимались склоны метров на 300, а Сетнинга, успокоившись, бодро бежала по долине, превратившись в простенькую шиверу. Перед мостом, правда, было неплохое препятствие с левым прижимом и порядочной ступенькой во всю ширину реки, только успевай крутиться.

Но это уже было всё. Вскоре Сетнинга вошла в Атну и мы сошли у моста возле деревни Tangen. В путеводителе это место отмечено , как стоянка, но сведения уже были устаревшие. Здесь стали сооружать рыбацкий приют и весь лес в округе буквально покосили, а землю вздыбили лесовозами. Всё-таки норвеги с туризмом перебарщивают, нельзя такие места пускать под нож. Мы зашли на мост и стали смотреть, как по уловам бродит рыба. Оценить глубину было невозможно, настолько вода была кристально чистая. Рыбины собирались гурьбой, потом одна или две отсоединялись, совершали круг и вставали на место. Пекло солнце, весело отражаясь в бурляшках реки, по склонам долины летели вниз водопады, яркая зелень резала глаза. Чтобы передать все эти краски, нужно быть Ван Гогом…  А чтобы мысли – Рубенсом.

Сплав прошёл очень быстро, и нам пришлось дожидаться автобуса, чтобы вернуться на стоянку у озера. На завтра был запланирован треккинг в Рондане.

Рондан (или Рондане, как кому удобней) – первый национальный парк Норвегии и начинался прямо от противоположного склона нашей стоянки. По европейским меркам это высокогорное плато с пиками до 2000 м. Прямо в центре парка лежит красивое озеро Рондватне, которое делит парк на западную и восточную половину. До озера можно добраться на велосипеде – от стоянки со стороны Мюсусеттера проложена хорошая дорога в парк. Все самые зрелищные места, в том числе большинство пиков, расположены у озера. Поскольку Норвегия северная страна, климатические пояса по высоте расположены горазды ниже, а альпийских лугов почти нет совсем – с высоты 1000 м уже начинается тундра с мхами и лишайниками, а на 2000 м растительность отсутствует вовсе. Рондан известен прежде всего, как место естественного обитания крупного стада северных оленей, ареол обитания которых резко сократился в эпоху похолодания климата. Однако увидеть их тяжело, поскольку десять лет назад все туристские тропы были уведены от их пастбищ. Ещё там процветает такое зверьё, как лиса, заяц, рысь и росомаха. А если совсем захочется, чтоб повезло, то попадётся медведь или волк, или забежит овцебык из Доврефьеля (парк южнее Рондана). Но, чтобы так погрузиться в эту северную красоту, у нас не было времени. Мы решили пройти по тропе в южной части парка между озёрами Indre Vulutjorna и Fremre Vulutjorna, а потом через перевал перейти в юго-западную часть парка, где лежит горная тундра Мюсусеттер (Mysusaeter).
День начался традиционно – с дождя. Собрали палатки под моросящей влагой и натолкали их в гермы. Подъём на плато начали чуть ниже озера Rundtjorna, с территории небольшого кемпинга. Выход на тропу загораживал благородный заборчик с небольшими воротами. Ворота не были заперты и мы немного потоптались у входа – кто их знает, этих норвегов? – но потом решительно открыли их и пошли наверх. Сначала тропа шла по широкой дороге, затем дорога круто уходила влево, а мы пошли прямо, параллельно небольшой речушке, которая гремела внизу. Тут же мы обнаружили, что не взяли газовый баллон к горелке и спустились вниз ещё раз. Нам бы ещё догадаться, что и большую часть еды забыли… .

Высота порядка 700-800 метров набралась практически сразу, поскольку было видно, что чуть выше уже кончалась зона лесов. Часа через два подошли к красивому водопаду, который в окружении зелени сверкал внизу как бриллиант. Нам посчастливилось купить внизу хорошую карту Рондана, и я пожалел, что не взял с собой из Москвы GPS. Мы решили идти вдоль реки до тех пор, пока не представиться случай переправиться на ту сторону. Вдруг за какие-то 20 минут раскрылось небо и на землю хлынуло солнце. Сразу стало жарко, потекли запахи кустарников и мелкой зелени. Набор высоты почти прекратился, мы шли каменистой тропой среди распластанных корявых деревьев, светло-зеленого лишайника и травы странного красноватого оттенка. Саня бешено стрелял пулемётными очередями из фотоаппарата. Верунчик оперативно меняла наряды от брюк для сноуборда до элегантных шорт, смотря по обстановке. Остальные панике не поддавались и только меланхолично сняли верхние куртки. Наконец решено было переправиться, несмотря ни на что, потому что наш берег стал заболачиваться. Никто как-то не рассчитывал на переправу вброд, и поэтому ничего не взяли, хотя бы кеды или неопреновые носки. Вода была невероятно холодная и я перешёл в ботинках, рассчитывая, что они высохнут по дороге. Но к вечеру и на следующий день погода поменялась, и они так и не высохли. Чуть позже мы набрели на каменную хижину пастухов. С виду абсолютная лачуга из средних веков, но с фасада вставлены стеклопакеты, а над входом висит солнечная батарея. Позже такой антураж мы встречали практически везде. Внизу через реку издевательски был перекинут мост.

Высота явно превысила тысячу метров, потому что весь ландшафт заполнили только мхи и лишайники, среди которых деловито шуровали лемминги. Один из них попался мне с Лёхой прямо на тропе. Он и не подумал уходить в сторону, а развернулся прямо к нам с явным намерением набить морду. Пока мы шли на него, он отступал, смачно ругаясь и брызгая слюной, а стоило нам остановиться, как он сразу надвигался, засучивая рукава. В конце концов, произнеся – “суки, вас же двое” – лемминг юркнул в траву и показал оттуда fuck.

Скоро мы подошли к рыбацким хижинам на берегу озера. Погода явно портилась – поднялся ветер и с юга двигались тяжёлые тучи свинцового цвета. Не зная, сколько время продлится завтрашний переход, решили пройти ещё дальше, хотя потом об этом пожалели. Наверху хозяйничал сильный ветер, было холодно и опять начинался дождь.
Из растительности лишь чернели мхи на камнях и виднелись небольшие снежники. Поужинав в основном коньяком и текилой, поскольку основные продукты остались в басе, мы разбежались по палаткам. Ночью дул такой ветер, что мне показалось – палатку вместе со стоянкой перенесло за перевал.

У Лёхи разнылась прооперированная нога и он стал прихрамывать. Вся одежда стала влажной, в ботинках хлюпало, температура была от силы градусов +3. Мы зашли еще на один взлёт и перед нами открылась долина, усеянная камнями, по центру которой группировались болотца. Края долины закруглялись и было такое впечатление, что всё время смотришь в широкоугольный объектив. Зайдя на перевал, увидели через провал следующий склон, с пятнами снежников, за которым начиналось каменистое нагорье. Вскоре опять появилась тропа, которая промаркирована здесь турами из камней или менгирами с большой красной буквой ”T”. Справа высилась стена из пиков центральной части Рондана. Странно, хотя высота не уменьшилась, но снова началась тундра со всеми характерными особенностями. Справа далеко была видна стоянка, с которой начиналась дорога на Рондватне и на Улу. Спустя полчаса мы шли по деревне к своему коттеджу.

В Норвегии много коттеджей, которые норвежцы строят для себя, но пользуются ими не постоянно, и в свободное время сдают их в аренду.

Мы, как тараканы, разбежались по комнатам, набили сушилку, затопили камин, помылись в душе (наконец-то!) и вновь ощутили принадлежность к человечеству. Коттедж не то чтобы потрясал, но создавал оффигенное чувство уюта. Он весь был какой-то ладный и домашний. Выпив и закусив, мы отправились посмотреть каскад водопадов, которые предстояло завтра прыгать. Ула ступенями прыгала вниз, за четвёртым неходимым водопадом угадывался пятый, а потом, видимо, ещё и ещё, потому что долина с городком Отта виднелась далеко внизу.

Утром мы на басе подъехали на стоянку, виденную накануне, разобрали каяки и двинулись к реке. Если бы не каменные берега, Ула в начале больше напоминает овраг с крутыми стенками где-нибудь в поле. Не очень широкая и полноводная, она начинала свой разбег в долину. Без проблем прошли несколько разминочных порогов, и подошли к красивому водопаду, который обнесли. В одном источнике прочёл, что он называется Beautiful falls, но не уверен, что это так. Может, это просто самовыражение автора.

Сзади нас нагнали норвеги, но не поджимали, а забегали по берегу вперёд, и смотрели на наш проход. От вида препятствий расширялось сознание, но вода была какая-то мягкая, просто сама несла. По очереди попрыгав с последней ступеньки, мы вышли на слайдинг. Бессчетное количество раз я видел его в фильмах и на фотографиях, и вот я здесь сам. Странноватое сооружение соорудила природа, явно с фантазией – два спуска по плитам с небольшим блюдцом между ними, и в конце второго поток с разгона бьёт в стену, образуя бочку. Дальше ступень вниз, где в конце водопад. Но после того, как там убрался Майкл, мы его не ходим.
На слайдинг пошли четверо. Лёха как-то буднично и заученно показал, как это ходится и я пошёл наверх. Старательно распёрся в каяке, тщательно всё проверил и не спеша пошёл к сливу. На заходе разогнался, стараясь подальше выскочить на плиты, на спуске немного перетормозил и внизу поработал вёслами, чтобы перескочить выходную бочку. Толпа зрителей весело перебежала на другую секцию. Разгоняюсь из улова с максимальным усилием, чтобы не приехать в центр бочки, и несусь вниз, подруливая веслом. Удачно попадаю в самый край, вода меня бережно принимает и переносит в улово. Ещё разгон, прыгаю со слива, и подхожу к берегу. Всё, номер исполнен!  Парни ринулись к лодкам и по одному без проблем спустились вниз.

Простота, с которой дался слайдинг, меня сильно приободрила, и дальше я уже не волновался, пока не подошли к водопадам. Пройдя все сливы и прыгнув небольшой водопадик, все собрались на заходе, и тут я глубоко копнул внутрь себя. Прыгнуть каскад очень хотелось, бог знает, когда я здесь ещё раз окажусь, но последние полчаса я постоянно запаздывал на траектории и ошибался на прыжках, физическое состояние было чересчур утомлённое. Я решил не портить вечер и прыгнуть только нижний, самый высокий.

Перебрался на страховку к нижнему водопаду, нарядился живцом и засел у последнего камня, возле которого ещё можно было кого-то схватить. Совсем рядом, сзади, грохотал четвёртый, шестнадцатиметровый. Пошли томительные минуты ожидания. Наконец фигурки на скалах оживились, мне дали сигнал:”Идут!”. Я перебрался ещё ближе и приготовился. Первыми шли Лёха с Саней. Лёха нормально, Саня в последний момент упал, но быстро сэскимосил. Саня вообще встаёт как заводной, просто юла какая-то. Второй водопад – нормально. Третий… Мне показалось, что Лёха не успел до конца сложиться, но вроде нормально. Саня складывается ещё наверху и летит вниз, как конный рыцарь на поединке, весь сложившись. Нормально. Теперь Юра. На первом его кидает носом на правую стенку, он падает и его несёт вдоль стены, не давая встать. Под водой он как-то отпихивается, встаёт уже у самого среза и тут же без скорости начинает уходить во второй. Разгоняется уже на сливе и во втором падает снова. Встаёт. Пока нормально. Идёт в третий, летит совсем вертикально и его заносит за водопад. Встаёт. Теперь я. Пешком подошёл к заходу, ещё раз всё осмотрел. Стартовать надо от левой стенки, сильно разогнаться с намерением бить носом в правую. Здесь меня должно подхватить течение, развернуть круто влево и унести вниз. Надо только успеть сложиться. 9 метров. Я минут 5 прыгаю, потому что дико замёрз на страховке. На морковке мне спускают лодку, я сажусь. Лёха говорит что-то ободряющее, типа “не ссы, всё будет ништяк…”, но я почему-то и так спокоен. Как только все разошлись по местам, я тут же рванул вперёд. Правая стенка быстро надвинулась, меня моментально развернуло и понесло вниз. Я увидел внизу ванну с водой и язык водопада, обрушивающийся в неё. Я думал, у меня будет уйма времени, чтобы сделать всё правильно. На самом деле сознание только успело сфотографировать всю картину, как я уже видел прямо перед глазами бесновавшуюся под сливом воду. Я только успел ещё наверху толкнуться правой лопастью, чтобы проконтролировать спуск, уже по мышцам побежал сигнал от мозга, командуя сложиться, как меня уже со всей дури ударило наотмашь о воду. Как-будто врезало по голове огромной подушкой. Под водой меня покидало в разные стороны и вдруг я вынырнул из воды почти кормой к последнему водопаду и оторвавшись на метр. Я, вроде, слегка оглох. Увидел прямо перед собой стенку и быстро пристал к ней. В голове неприятно потяжелело. И вдруг из шума выделились голоса на том берегу. Я понял, что начинаю напрасно пугать товарищей, сделал знак, что всё в порядке и быстро переправился на тот берег.

Вечером в коттедже бушевал праздник. Все события последних дней стремительно удлинились во времени. Казалось, прошло несколько дней , как я сидел за этим столом, а ведь мы ушли утром. Ну-с, по чуть-чуть… за водопад… пошла-пошла… ещё по одной?..  А как же!.. . На кухне бушевали ножи. В раковине разлеглась сёмга, отсвечивая с чешуи серебристым лунным светом, и глупо улыбаясь натянутым ртом. Стараясь её не разбудить, бережно берём за хвост и начинаем скоблить ножом, слегка смахивая на косца в деревне по утренней росе. Вжик… вжик… чешуя маленьким листопадом летит в раковину… ещё вжик… вжик… готово. А тем временем рядом моются помидорчики красненькие, круглобокие. Режем их на дольки – от ножа они открываются, показывая желтенькие семена и исходя соком на срезе. Кладём их аккуратно в канн блестящий, металлический, сверху добавляем  зелёных огурчиков кругляшками, луку репчатого кружочками, зелени ветвистой, поливаем все маслом подсолнечным и слегка солим, чтоб сок дало. А потом мешаем большой ложкой, исходя жадностью и слюной.

А сёмга уже перекладывается на разделочную доску. Бережливо отрезаем плавнички и голову, стараясь не смотреть в грустно-удивлённые глаза – в суп пойдёт, что на завтра. Заглядываем в брюхо – икры не осталось? Щас тебе! Режем тогда её на кусочки и кладём на протвинь аккуратной дорожкой. Сверху сыпем морковки сушенной, хмели-сунели, петрушечки, укропчик. Достаём лимон, режем его, и сверху на рыбку, нежной струйкой, для остроты обоняния. Любовно заворачиваем в фольгу, быстрым шагом на улицу и в коптильню, хлопнув на прощанье дверцой. А от коптильни давно тепло идёт и приятно постоять рядом с ней, вглядываясь в ночное моросящее небо, пытаясь разглядеть в нём звёзды. И опять вернуться на кухню, взять хлеба бородинского ароматного, нарезать его ровненько, и на сковородку с маслом, только масла много не наливать, чтоб с хлеба не текло и не капало, а чуть-чуть, и обжарить с двух сторон. А в сковородке скворчит, хлебушек подрагивает, напитываясь маслицем и покрываясь хрустящей корочкой. Потом выложить всё это на тарелку, освободить чеснок от шелухи и через давилку капнуть соком, тут же почувствовав носом его острый пряный запах. И петрушкой сверху, как сеятель. А вот ещё сыра взять, не очень твёрдого, в мелкую стружку его на терке, чесноку опять через давилку и майонезика из пакетика и всё это взбить в миске, ежесекундно облизываясь и сглатывая. Картошка уже подошла, побулькивая пузырями в кастрюле – сливаем её, уворачиваясь от пара, и схватив за ручки полотенцем, несём к столу. Из коптильни уже плывёт сёмга, заставляя нервно трепетать желудки и томя ожиданием. Верной рукой открываем оливки, кукурузу сладкую и не успеваем всё это достойно выложить, потому что опять налито. Всё!

А вот, например, водка. Ну водка и водка, скажете вы, пробовали, знаем. Щас век благородных напитков, коньяк там или виски опять же, ром тоже неплохо идет, апперитивчики всякие… . Но если вы уже неделю гоняете на сплаве, так что мозг устал бояться и отключился, если уже несколько дней нет ни сухости и тепла, а вашу любимую задницу постоянно морозит привычная уже влажность, если плечи сковало нагрузкой от ежедневной работы веслом, то как-нибудь вечером, присев у жаркого согревающего костра, вы с надеждой спросите у друзей:”А водки нет?”. И будете счастливы, если она есть.

Хотя и коньяк неплох. Если не собираетесь надираться, вылезти из лодки и, дрожа всем телом, тут же хлопнуть рюмашку – самое то. Можно и две. Главное не догоняться. Коньячок сразу забурлит по жилам, создавая тепло и логичное завершение дня. И сразу переодеваться.

А вот текила у меня сразу не идёт. Пока ещё не сильно устал, она меня только бодрит и зовёт на борьбу, отчего я сразу трезвею. Другое дело, когда устал. Тут уже к месту. Соли между указательным и большим пальцем, лимончик и ты от стопки к стопке постепенно приходишь в себя – растворяется усталость, приходят в порядок мысли, тебе уже не лень встать или сесть, и вообще, начинаешь чувствовать себя человеком. Как-будто только родился. И уснешь как младенец.

Виски всегда по разному действует. Потому что виски само по себе разное. Какой виски, такой и эффект. Да ещё делают в разных местах – кто-то предпочитает шотландский, типа он благородней, а кто-то ирландский, и уверяют, что у него вкус тоньше. Но когда, кроме виски, ничего не остаётся, мне, в принципе, всё равно.

Можно ещё и граппу вспомнить. Но напиток у нас редкий, только если кто специально завезёт. Но на каждый день она не годится, у него послевкусие такое… надоедает слегка.

Хотя чаще всего в ходу у нас пиво. Но с ним аккуратно надо, потому что если будешь водкой заканчивать, или, не дай бог, коньяком, не тот эффект выйдет, на который рассчитывал – хотел расслабиться, а вышло наоборот – устал. И мучайся потом весь день, проклиная вчерашний вечер. Но если не переходить, то хорошо. И жажду утоляет. А уж в жару… . А как хорошо после бочки в Лиексе, из холодильника, да что говорить, сами знаете… .

В общем, их сидело восемь – размякший Лёха с прильнувшей к нему Светкой, серьёзный Юра, снисходительно-добродушный Серёга, адвокат по жизни, и потому хитро щурившийся на происходящее добрыми глазами, решительный Саня с очередной “bootle” в руках, Верунчик, по привычке обвившая своим тренерским телом стул в немыслимой позе и парящей на нём над столом, как Дэвид Копперфильд, энергичная Маша и я, объективно не видевший себя со стороны и потому до конца не определивший своё место в этом мире.

Мне вдруг захотелось выйти из-за стола, где все ещё были ТАМ, в брызгах и пене, бешено работая веслом в белой воде, и открыть дверь на улицу. Дождь уже не казался таким противным, а, наоборот, подходил к настроению, создавая какую-то умиротворённость. Сырость приятно остужала разгоряченное водкой тело и наполняло лёгкие прохладой. Мир уютно размягчился, не было грохота, пены, не надо было никуда грести, нагружая плечи и рассчитывая гребки. Я дошёл до моста и посмотрел вниз. “Прошёл… прошёл, сцуко, ни черта не случилось… я должен ещё вернуться, чтоб всё пройти, не победить тебя, нет, а просто пройти, мне нужно только это… “. Я отхлебнул “Ньюкасл” и ещё раз постарался разглядеть в темноте два верхних водопада, чтобы сохранить их в памяти.

В долине Гудбрандсдален очень запутанная гидрологическая ситуация, и виновато в этом озеро Лесяскогсватне (буквально лесное озеро Леся). Дело в том, что это единственное озеро в Норвегии, которое имеет два стока – одно на запад, а другое на восток. Но так было не всегда. В своё время здесь работал завод по выплавке железа, и в окрестностях даже  сохранилось много шахт. Но вывозить продукцию было трудно, так как из озера Леся был только сток на запад – это Раума. Тем более перевозить по Рауме что-либо было абсолютно невозможно, это река очень сложна для сплава даже сейчас. Тогда в западном конце озера в 1660 году построили дамбу, которая подняла уровень в озере на три метра и начался также сток на восток – это Гудбрандсдалслаген (река в долине Гудбрандс), или в последнее время просто Лаген. В Лаген впадают такие известные среди каякеров реки, как Шоа, Ула, Отта, Фрая, и заканчивается она в озере Мьёся у Лиллехаммера. Исток Лагена теперь принято считать из Леся, хотя раньше это было другое горное озеро. Раума забирает с собой Ульву и впадает в Румсдалфьорд и дальше в Норвежское море. И хотя на карте всё это выглядит как единая речная сеть, течёт на самом деле всё в разные стороны. Нам надо было на Рауму. Спустились вниз по длинному серпантину в зону лесов и поехали по левому берегу Лагена в сторону побережья. По дороге остановились в Домбосе, где вынесли полмагазина. Вся Норвегия наводнена троллями, которые смотрят на тебя отовсюду. Не поддаться соблазну, и не прихватить с собой дюжину хвостатых фигурок с уморительными рожицами просто невозможно. Мне кажется, что Норвегия зарабатывает на них больше, чем на нефти. Сейчас это публика проживает у меня на кухне и обжила все полки.

На грандиозную стрелку с Ульвой мы не поехали – опять хлынул дождь, облака прижало к земле, разглядеть что-либо, что находилось выше 20 метров, было невозможно. Сплав не должен был быть долгим, и вообще “это не река, а конфетка”, как было обещано. Правда, когда мы увидели вспухшую от воды реку и бешеный поток, рвущийся через щели первого порога, стало слегка не по себе. Однако, услышав обнадёживающее “не берите в голову, здесь всё ходится, а дальше просто шоколад”, немного успокоились. Но ненадолго – проход перегораживала воронка и проскочить её можно было только слева. А если попадал в саму воронку, то выбраться самостоятельно было очень проблематично – всё течение через проход сваливалось в неё, и в самом центре уровень воды был ниже на полметра. Сверху данный участок не просматривался, потому что скалистый берег в этом месте нависал над рекой небольшим выступом.  Решили перейти на левый берег и посмотреть там. Всё выглядело точно также, но без воронки. Лёха сразу ободрился и сказал: “Идём!”. Это был один из немногих моментов в моей жизни, когда я столько драконил по берегу, опыта всей предыдущей жизни явно не хватало. Однако Лёха и Саня прошли удачно, Юра задел левую стенку и упал, поднялся уже на выходе, а я в самом конце не успел отвернуть влево и зацепил носом за правый скальный выступ. Меня тут же положило и прижало к левому берегу. Немного поелозив вдоль стенки, я всё-таки поднялся. Девчонки решили не идти. Собравшись все вместе, подошли к следующему препятствию. Река широким рукавом сваливалась через несколько ступенек, разделяясь посередине большим камнем. Идти нужно было слева, ориентируясь по небольшому бурунчику на заходе, не отклоняясь ни вправо, ни влево больше, чем на полметра. Только так можно было попасть на острый гребешок горки, прокатиться по ней, всё время разгоняясь, и пробить нижнюю бочку. Если ты слетал с гребешка, то падал в жёсткое месиво, полное сюрпризов и должен был пробиваться врукопашную уже через две бочки. Лёха прошёл без проблем. Юра не успел разогнаться и из-за этого немного сполз с гребешка. Его тут же положило и начало метелить. Видно было, что он всё-время пытается встать, но хренушки. Уже внизу стало понятно почему – две лопасти плыли отдельно. У вернера сломался шафт. Я на заходе немного подраконил, пытаясь разглядеть заветный бурунчик и, поймав его взглядом, очень тщательно отработал всю траекторию, чтобы попасть точно в центр. Дальше оставалось только довериться выбранной линии движения. Саня сделал то же самое, только дубасил веслом более энергично. Последним прошла Верунчик, очень неплохо, но глаза размером с блюдце выдавали её напряжение.

На третье препятствие подошли уже обкатанные, но произошёл казус – Юра не успел заскочить в улово, его тут же положило на сбойке и он быстро уехал вниз. Его ласково приняла длиннющая косая бочка, которая моментально отправила его в путешествие вдоль всего слива. В центре его встретила на ура грандиозная карусель, и мы, онемев, смотрели, как она крутит его, поочередно показывая нам то нос, то корму. Потом вода набрала небольшой вдох и выстрелила им вниз. Поскольку Лёха умчался спасать, мы поочерёдно сплавились через унитаз у левого берега и собрались уже внизу, ожидая увидеть наконец обещанные конфеты с шоколадом, поскольку осталось только одно препятствие. На вид все было просто – разогнаться на прямом сливе и перемахнуть бочку, зайдя потом в правое улово. Смущало только, что бочка с левой стороны превращалась в косую, уезжая в конце в явный котёл, а сам слив шёл не прямо, а с поворотом опять-таки в сторону котла. После дежурной фразы: “Не, нормально всё, главное – скорость набрать…”- Лёха направился наверх. Ровно зашёл на слив, несколькими мощными гребками разогнался и махнул с небольшой ступеньки внизу. Дальше началось невообразимое. Впечатление было такое, что муха на полной скорости угодила в сметану. Он влетел в воду, как в стену, не продвинувшись ни на сантиметр, тут же погрузился почти по грудь, и, немного задержавшись, тут же ушёл почти весь. Сразу встал, повис на опоре, и его  уверено потащило назад в слив. Опять пропал. Я кинулся с морковкой по кромке острого камня ближе к Лёхе. Бросать нужно было очень точно, издалека я бы не попал. Если бы был рывок, я бы на камне его не удержал и собирался спрыгнуть вниз, в улово. Лёху между тем разбирало на части – сначала ушло весло, потом каяк и он остался уже один. Его постоянно тянуло вниз, и я всё ждал, когда он задержится и увидит меня. Тут я увидел, что его голова больше не погружается, его поворачивается ко мне и кинул морковку. Это было одно из самых сильных впечатлений в моей жизни – я сначала с удивлением, а потом со страхом увидел, как конец, который я держал в руке, вдруг выскользнул и упорхнул вниз! Второпях я забыл раздвинуть резинку! Лох последний! Мудило! Кажется, сами небеса меня услышали – Лёху вдруг толкнуло в улово, он за что-то зацепился и выбрался сам. И тут же лодка, весло и морковка, покачавшись на валах, вдруг сами дружно приплыли к берегу. Я долго стоял, не в силах вымолвить ни слова. Не так часто доводится спасти чью-то жизнь, а я этот момент откровенно просрал самым глупым образом. И до конца вечера всё никак не мог придти в себя.

Чтобы пойти остальным, вопрос уже не стоял. Дождь давно и с наслаждением поливал и от первоначальной идеи заночевать здесь же, на месте, решено было отказаться. Поехали дальше к побережью, рассчитывая найти внизу какой-нибудь кемпинг. Наконец набрели на этакую симпатяшку с многочисленными домиками под травяными крышами. Жизнь, однако, не дала расслабиться – километров за двадцать до кемпинга загорелся “Check Engine”. Решили пока не обращать внимания, рассчитывая, что как-нибудь само наладится. Но не наладилось. После того, как двигатель заглушили возле первого домика, он перестал подавать всякие признаки жизни. Этого ещё не хватало. Предстояла перспектива тащиться на сервис. Решили пока не пздеть и посмотреть самим. Пока принималось это решение, я из-за своих расстроенных чувств слегка накидался и меня в машину не пустили. Поэтому я продолжил аутотренинг и, наконец, пришёл в норму. Как раз вовремя. Искатели перетряхнули Boxer и нашли оборванный провод, после чего им потребовался человек, водящий крепкую дружбу с электронами. И послали за мной. Мне срочно требовалась реабилитация в глазах коллектива, и я поспешил на зов, выкрикивая на ходу: “Говно вопрос! Щас сделаю!”.

На улице меня уже ждали, но увидев, слегка поменялись в лице. В ответ на Лёхин вопрос: “А ты это… в состоянии?”- я его успокоил весомым аргументом: “Электрик трезвым не бывает…” –и погрузился в разноцветие проводов. Цепь, однако, восстановил. Проснувшись от сна, Boxer моментально завёлся и у всех с груди упал в бездну тяжёлый камень. Бухаем!

Наверно, в такой остановке нуждались все – слишком много уже накопилось в нервах. Похоже, в этом кемпинге мы расстались с прошлыми неудачами. Выезд незаметно перешёл на новый уровень, но сам его конец был ещё далеко, нам многое предстояло ещё увидеть.

На следующий день мы поехали к Тролльстигену – знаменитой Лестнице троллей, дороге через перевал в Нурдал. На этой горной дороге 11 поворотов-шпилек, до того крутых, что машинам длиной более 12 метров въезжать на неё запрещено. Дальше намечался сплав по Валлдоле, паромная переправа через Нурдалсфьорд в Айдсдал и к ночи мы должны были добраться до Гейрангерфьорда. Дождь слегка накрапывал, но уже не досаждал и по долине мы скоро подъехали к Тролльстигену. Весь гигантский серпантин с 400-метровым водопадом Стигфоссен накрывала густая шапка облачности. Здесь вовсю  ощущался туристский напор, постоянно двигались автобусы и кемперы, но в данный момент вообще ничего не было видно. Немного пощёлкав внизу для проформы, мы вернулись в бас и потянулись наверх. По дороге все, едущие в одном направлении, группировались в небольшие колонны, потому что на поворотах серпантина места было так мало, что не всем удавалось разъехаться, не говоря уже о больших туристских автобусах. Мы забрались наверх и увидели толпы людей со всей Европы. Встретили своих, и те нас озадачили утверждением, что с той стороны много солнца, а на побережье вообще +28. Тут же набрели на лавку с троллями и не удержались, чтобы не набрать ещё фигурок в компанию к уже купленным. А на Тролльстигене бушевала стройка, здесь строили большой туристский центр, и явно зря – всё очарование этого места сразу пропадёт из-за современных зданий из стекла и бетона. Немного прокатившись по ровному месту, дорога пошла под уклон, облака поднялись выше и вскоре в разрывы брызнуло солнце. Долина раздалась вширь, мы наконец увидели синее небо и совершенно фантастический  мир вокруг. Со всех гребней летели вниз водопады, некоторые рассыпаясь в воздухе, другие долетая до дна долины и собираясь в ручьи. Как-будто сверху переполнилась гигантская раковина и вода хлестала через край. Нам нужно было найти нужный участок на Валлдоле – эту реку клуб тоже ещё не ходил. Наконец нашли мост, подходящий под описание и спустились к реке, чтобы осмотреть небольшой  прорыв. Но это, собственно, была конечная точка, и мы повернули назад. Скоро нашли съезд в пустующий кемпинг и поехали по его дорожкам вдоль реки. Хотя кемпинг был абсолютно пуст, в туалете в кране была тёплая вода и наличествовала бумага. А для кого?

Сама река по первому впечатлению сложности не представляла, да и по описанию отдельные участки обозначались как единичка с двойкой. Правда, был порядочный кусок невидимый с дороги, но судя по общему уклону всё должно было быть нормально. Даже возникла мысль подбить кого-нибудь из девчонок на сплав, но они обиженно округлили глаза – ещё с утра им обещали выходной. Решили прерваться и Серёга с Юрой.

Вода в реке была невероятно-чистого аквамаринового цвета и абсолютно прозрачная. Какие же здесь всё-таки краски! Нам представлялся ненапряженный сплав в чистой воде среди волшебных берегов в окружении висящих в небе водопадов. Первый звоночек прозвенел, когда я вдруг на воде обнаружил, что не надел защитные нарукавники и мне вдруг срочно захотелось их одеть. Лёха предложил мне с руки свои, но я решил вернуться за собственными. Бас из кемпинга ещё не выехал, я нашёл свою защиту и вернулся к лодке. С реки я махнул рукой Маше, мол всё о’кей и мы тронулись вниз. Это был последний участок спокойной воды, который мы видели.

Тут же понесло с хорошим уклоном, появились небольшие бочки и прижимы. Мы не особенно напряглись, полагая что скоро будет участок спокойной воды. Его, однако, всё не было. Мы стали почаще останавливаться в уловах, старались заранее просмотреть трек. Настал момент, когда пришлось вылезти. Уклон всё время понижался и сложность постоянно возрастала. Прошли ещё небольшой участок и опять вылезли на просмотр. Всё было уже очень серьёзно. Тщательно просмотрели трек, немного сплавились и опять вышли. Тут Лёха предложил пройти немного вперёд и просмотреть ниже, и если дальше было то же самое, то, пожалуй, самое время сниматься. Но дальше было не то же самое. Дальше было только хуже. Положение осложнялось тем, что на том берегу была приватная территория и не хотелось нарываться на полицию. Прикинув свои возможности, решили идти дальше, и тут же наткнулись на просто фееричное место. Не сказать, чтоб всё выглядело совсем сложно, но эти участки нанизывались один на другой без малейшего перехода и вода при этом обладала невероятном по силе напором. И в конце уже совсем фан – длинный участок со сложнейшим заходом и бесконечными валами между камней в конце. Дальше виднелся какой-то мост. Дойдя до него, мы вдруг обнаружили Машу, которая поджидала нас. Обрадовав, что скоро подойдём, попёрлись назад. Подошли опять к началу. Поначалу я для себя решил идти оба куска. Потом, вглядевшись, только один, но никак не мог решить какой. Лёха решил, что можно оба, вот только второй какой-то стрёмный. Спустились пониже. Лёха решил, что можно, а я решил, что это точно не пойду. Сначала нетривиальный заход сразу от первого препятствия с двумя поворотами, потом от бочки шло два вала, но не поперёк, а вдоль реки, причём в виде сверла, и в конце что-то уж совсем неописуемое. А справа порядочный котёл без выхода. Я присел ниже, и вдруг увидел, что вся вода несла не вниз, как можно было подумать, а слева направо, прямо в котёл. Поэтому и стояли здесь такие странные валы. Уж не знаю, хватило бы во мне дури всё это перегрести. Лёха, подумав, тоже отказался, и мы вернулись к первому препятствию. Подумав, я забил и на него. Если бы я в нём залёг и не встал, а это было весьма вероятно, я сразу уходил в следующий и поймать меня там можно было только в начале. А дальше бочка, два сверла и котёл. И по дороге к нему я бы уже три раза хлебнул. А парни решили пойти.

От правого берега надо было траверснуть к левому, перескочить через первый вал, попасть точно в начало второго, скатиться по нему вниз, пробить бочку и уйти в правое улово. Лёха прошёл очень точно. Меня только удивило, что заходя на второй вал, он погрузился чуть ли не по шею. И видно было, как приходится резко и мощно работать веслом. Саня ещё раз всё внимательно осмотрел и тоже пошел в лодку. Я напряженно слежу за ним, стоя в воде с морковкой. Вот он появляется из-за поворота, но попадает на второй вал чуть ниже. Его тут же сбрасывает с него и он летит влево с такой скоростью, что, кажется, его сейчас выбросит на берег. Но возле камня он ударяется о мощный отбойник и его просто швыряет вниз, в бочку. На какое-то мгновение он пропадает совсем, потом показалась лодка. Он никак не встаёт и скоро уже отделяется от лодки. Я забегаю в воду так далеко, как только могу, Лёха бросается наперерез, но Саню чуть тормознуло в микроскопическом улове посреди реки, за еле видневшимся камнем. Этого ему хватило. Он умудряется подхватить весь свой стафф и рвануть как водомерка к левому берегу. Лодка каким-то чудом цепляется за берег, но Саню отрывает, он перемещается чуть ниже и просто впивается в берег. Лёха уже рядом, но улово у берега настолько узкое, что его всё время срывает вниз. Но Сашка всё-таки успел опереться о Лёху и выскочил на берег. Пронесло… .

Нервы уже предельно напряжены, но уходить сейчас уже становится нелогично. Мы передыхаем, обносим следующее препятствие и останавливаемся у заключительного. Но здесь уже каждый сам за себя, при всём желании подстраховать друг друга сделать этого негде – до самого конца ни одного улова при совершенно сумасшедшей силе воды. Решаем растянуться в небольшую колонну, чтобы иметь зрительную связь, и в то же время не мешать друг другу. Первый идёт Лёха. Он размеренно начинает, разгоняется и подходит к повороту, и тут же уходит Сашка. Я жду, когда он подойдёт к первой бочке и немедленно трогаюсь. Начало, как в первом препятствии, только более протяженное. Ориентируюсь по камешкам, которые наметил заранее, подхожу вплотную к левому берегу и начинаю разгоняться. С этого места уже просматривается больше. Я отмечаю, где бочка, перепрыгиваю с вала на вал в повороте и стараюсь поточнее скатиться по длинному сливу. Но я немного не добрал в скорости и попадаю всё-таки в бочку, хотя и в самый край. Меня тут же кусает за корму, придерживает и начинает тащить вправо-назад. Чёрт, но почему так! Мысли несутся в голове экспрессом - но ведь меня ещё не положило!! Я включаю такой вертолёт, какой-то только смог, и чувствую, как меня потихоньку, сантиметр за сантиметром, начинает отпускать, и, наконец, поднимает и несёт дальше. Но прямо нельзя, там может положить, а дальше что-то совсем неприятное среди камней. Нужно пересекать реку вправо, где виднеются зубья. Чуть ослабив частоту, я сбрасываю нос вправо и мчусь к следующему ориентиру. Чуть бросил взгляд совсем вдаль и увидел Лёху – он был уже далеко, практически точка. Наконец пересек всю реку, начинаю двигаться дальше, используя побольше опор, чтобы отдышаться, и через два слива подхожу к двум близко стоящим зубьям. Сходу сливаюсь между ними, тут же пролетаю ещё один слив и меня выносит на относительно прямой участок. Но снижать темп нельзя, положит. Теперь несусь по валам, стараясь поактивней поработать на взлёте и помощнее толкнуться вниз. Ни с того ,ни с сего посетила мысль – “Колян, а ведь это и есть настоящий каякинг”, но тут же прогнал её – рано расслабляться. Мельком увидел Саню, у него всё хорошо. Вдруг увидел мост – он стремительно приближался ко мне. Ну как же здесь несёт! Вдруг потянуло влево, но по центру неудобно, там придётся прыгать через камни, справа гораздо чище. Поднапрягся ещё и всё-таки перегрёб. Захожу в слив, гребок-опора слева, перекладываю крен, гребок-опора справа, теперь ещё ускориться, пробиваю бочку, проношусь под мостом и влетаю в здоровенное улово слева, поднимая волну, как катер. Фигасе, единичка с двоечкой, чуть не пропал! Перевожу дух. Дальше не пойду, хоть режьте меня. Но вижу, никто и не собирается – все только ждали меня и тут же пошли на берег. Чувствую странное опустошение. Не верится, что смог такое сделать. Может для райдера это просто, но я не райдер. Я белую воду такого уровня могу позволить себе от силы две недели в году, и зря ждать, что поплыву как Тао Берман. Для меня и то, что мы сделали, невероятно. Я так ещё ни разу не ходил. Как же хорошо, что так позитивно всё закончилось. Ведь на таких соплях шли. Правда, тягучие сопли, с волокном, но порваться могли. И как хорошо, что не порвались, выдержали. Я стянул куртку и штаны и упал в траву. Хорошо… . Правда хорошо. Невероятно хорошо.

Через полтора часа мы подъехали к парому-челноку, который шустро перебегал между местечками Linge и Eidsdal по обе стороны Нурдалсфьорда и являлся частью норвежской национальной трассы 63. Начиная от Тролльстигена, который тоже относился к 63-й трассе, мы находились в Мёре-ог-Румсдале, прибрежном округе западной Норвегии. На посадочной площадке перед паромом висела забавная рамка в стиле голливудских фильмов 50-х годов с надписью “The Happy End Norddal”. В просвет была видна деревня Нурдал на том берегу фьорда. Административно центр муниципалитета Нурдал находится в деревне Sylte, которую мы только что проехали, и где Валлдола впадает во фьорд. Налево из Sylte дорога идёт почти везде по тоннелям до деревни Тафьорд, где Нурдалсфьорд заканчивается. По южной стороне фьорда дороги нет, асфальт в Bugen заканчивается и дальше идут вертикальные срывы в воды фьорда. Мы доехали до этого места, пытаясь найти место для ночёвки.

А пока мы ждали паром, который уже домчался до Айдсдала и теперь, нагрузившись транспортом, спешил назад. Площадки перед паромами везде поделены на линии, номера которых проставлены на асфальте. То есть, если Вы заедете первым на третью линию, всё равно будете ждать, когда заедет транспорт с первой и второй. Возможно, Вам даже не хватит места для посадки, поэтому нужно стремиться заехать на линию с наименьшим номером.

Хотя Айдсдал и называется деревней, нужно представлять, что это не какая-нибудь “Захреновка” или забытый богом “Пупырь-на-Хопре”, а по виду современный небольшой городок, только малочисленный, всего-то 400 человек. Сейчас он весь был забит туристами – на пирсе стояло два парома. При желании они могли вывезти все деревни вокруг несколько раз. Как я уже говорил, сначала мы метнулись вдоль берега, но стоять в цивилизации не хотелось, хотелось посидеть, мы вернулись в Айдсдал и поехали по 63-й в горы. Миновали удивительно красивое озеро Айдсватне, осмотрели еще пару мест под стоянку и нашли самое удачное место – на самой высшей точке дороги длинная разлинованная стоянка под автомобили и сколько угодно места под палатки на грунте. Видимо, с южной стороны была смотровая площадка на Гейрангерфьорд, со столами и скамейками, но сейчас облачность опускалась ниже нас. Слева стоял непрерывный гул – летели вниз невидимые пока водопады. И наконец, вершина цивилизации – чистый туалет с солнечной батареей, туалетной бумагой, мылом, светом и горячей водой. На пустующей стоянке высоко в горах. Они бы здесь ещё ящик с пивом оставили! Просто страна Оз… .

В этот вечер мы впервые смогли посидеть за ужином на улице, не прячась под тентом и не перебегая под деревьями.

Утром меня разбудил паровозный гудок. Не поняв спросонья, я выглянул из палатки и увидел далеко внизу паром во фьорде. Это он так свистнул. Впечатление было такое, что приплыл город. Облачность уходила наверх, открывая потрясающий вид, не зря Гейрангерфьорд включён в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Смотреть на всё это можно бесконечно.

Запланирована была Бовра. Ехать нужно было до конца 63-й  дороги и дальше в сторону Отта до города Лом. Спустились по грандиозному серпантину Ornevegen к Гейрангерфьорду, где на спуске порадовали знаки с ограничением “70 км” – чтобы ехать здесь с такой скоростью, надо быть полным отморозком. Через две минуты в басе стало пованивать колодками и весь остальной серпантин Лёха ехал на первой передаче, стараясь не касаться тормоза вообще. Есть там на спуске местечко Mollsbygda – так вот, представьте себе, что просыпаетесь вы утром в своём доме в Mollsbygda, открываете окно на третьем этаже и видите, как далеко вниз, до самого берега, убегает зелёный луг, дальше уходит в бесконечность фьорд, а по его краю встают до голубых небес могучие скалы, с которых летит вниз водопад “Семь сестёр” – представили? А теперь расслабьтесь – там живёте не вы и не я, а простой фермер в окружении коров… . Внизу проехали через деревню Гейрангер и стали втягиваться в горы. Поднявшись на 1000 метров, увидели совершенно фантастический мир – в окружении снежных вершин лежало озеро Djupvatnet. Зрелище было настолько нереально, что если бы сейчас над нами пролетел трёхглавый зелёный дракон с принцессой в лапах, я бы не удивился. Бог мой, уже июль, а здесь ещё припой от берега не откололся! Нащёлкав для памяти открыток с видами, тронулись дальше и после 2-х часов езды у дороги появился отчётливый уклон вниз. Теперь мы опять в Оппланне. Пару раз вылезли из баса поглазеть на Pollfoss и Dannfoss – мощные водопады. Немного больше поторчали в кемпинге у Евровэйва – родейного бочковала. Несмотря на громкое название, вал слегка разочаровал – не такой длинный и неперезаходной. Правда, по отзывам неплохой. В Ломе сделали небольшую остановку, посмотрели на Prestfoss прямо в центре города и поехали вдоль Бовры наверх. Но Бовра сразу исключилась, её даже разглядывать долго не стали –  put-in point выглядела, как готовый взорваться котёл в аду, поджаренный не в меру разгорячёнными чертями. Залезли на 80-метровый Fossbovra и выпили там шампанского за успех всего, что нас окружало. И родилась идея поехать на Шоа, которая изначально в планах не стояла. Идею поддержали, побывать на Шоа всем хотелось. Помчались туда. У верхнего моста на Шоа вся стоянка оказалась неожиданно занята, но мы нашли хорошее место чуть пониже. Верхний участок решили не идти, потому что Лёха не очень твёрдо помнил, где там бочка, в которой постоянно случались инциденты, а сплавать секцию Play Run от моста с указателем на ферму “Vestsida”. Но это было уже завтра, потому что весь день ушёл на переезды.

Это было ни на что не похоже, лично мне оффигенно понравилось. Не сказать, чтобы совсем просто, но очень комфортно. Всего было делов, чтобы нестись по валам и уворачиваться от бочек. Саня, по-моему, прошел все валы от первого до последнего, из-за чего раза три залёг. Нагнали группу на шести рафтах у кемпинга и обошли её. Время от времени на берегу была видна Верунчик, которая чесала вдоль реки на велике и повергала в шок встречных автомобилистов своим прикидом. Но вот мы чего-то тормознули и даже вылезли. Тут Лёха честно признался, что ему стало плохо и он дальше идти не может. Откровенно говоря, я подумал, что он вчера слегка перебрал, но вспомнил, что всё прошло культурно. А ему действительно было плохо, он даже из лодки вылез с трудом, наверх не пошёл, а залёг у воды. Всё-таки он двинул предложение, чтоб мы пошли сами и прошли слаломный кусок, но как его можно было одного оставить, его бы с дороги никто не увидел. Да ладно, оставим ещё одну зарубочку на память. Тут же мы нашли просто охренительного размера землянику, и принялись обрабатывать склон, пока не подошёл бас. Привязали лодки и уехали на Этну. Относительно Лёшеньки – уже в Москве ему опять стало плохо и тут выяснилось, что он не совсем удачно прыгнул каскад на Уле, потому что выбил при ударе о воду шейный позвонок, и его пришлось вставлять на место.

Этна была последней рекой. Начало должно было быть отмечено прыжком с водопада, известного в клубной терминологии под названием “Девочкин водопад”. Если вы встретите такую девочку, то за её широкой спиной можете спокойно прожить жизнь – она вас из горящей избы с конём унесёт. Мы опять стали жертвой терминологии – мне показалась, что он явно выше заявленных шести метров и к тому же на него был весьма нетривиальный заход, я поначалу и не понял даже, где его прыгать. А заходить надо было с правого улова, пройти небольшой сливчик, тут же переместиться левее и выйти на небольшой гребешок, с которого уйти вниз и сделать в конце буфф.

Я было думал, что драконить уже не придётся. Но назавтра я нервно метался по мосту над водопадом, впиваясь в него взглядом. Мало того, что выглядело страшно, так ниже, буквально рядом, начинался шестнадцатиметровый водопад, в который уходить было никак нельзя. Рекомендовалось в случае чего стреляться и хвататься за камни на его срезе. Прекрасная перспектива повисеть над бездной, представляя себя парящей над миром птичкой! А гадить в таком случае обязательно?

Я вот этой нервной трясучки терпеть не могу, мне легче быстренько осмотреть, послушать наставления и мочкануть. Чем больше смотришь, тем хуже настроение. Но бывает, как сейчас – мама дорогая, да как это идти? Но всё хорошее когда-нибудь начинается. Прыгнул Лёха. Ну, б…я , можно же! Вторым пошёл Юра – не успел задержаться в улове и ушёл кормой вниз. Ну, по крайней мере ничего не видел. Когда я садился в лодку, меня бил дикий колотун. Посидел, подышал, постарался успокоиться, пошёл. Вроде отпустило. Под мостом ещё немного подраконил, мелкими перебежками перескочил через три улова. В последнем чуть приподнялся в лодке, пытаясь получше просмотреть заход – а-а, всё рано ни хрена не видно. Гребок, слив, метнулся влево, вышел на край, ещё гребок и полетел вниз. Летя вниз, начинаю делать буфф, но видно, сильно опоздал. Мне бы подождать, пока промоет, но я же не видел, где я. А оказался я прямо под сливом в водопаде. Лежа вниз головой, пытался утихомирить весло, рвущееся из рук, не понимая, чего же меня так метелит. Совладал с веслом, попытался встать, не угадал разворот. Попытался нащупать лопасть - чуть не упустил весло. А, зараза!.. Вылез. Посмотрел на следующий водопад – успеваю – и рванул к берегу. Я бы успел в любом случае, потому что только вышел из-под слива, но не сказал бы, чтобы было достаточно далеко. Следующий Саня – мост, улово, слив, прыжок, упал, отжался, то есть тьфу, встал конечно. Собрались вместе, поговорили. Обнесли следующий. После водопада ненормальных стало на одного больше – присоединилась Маша. Остальные забили – Верунчик приболела, а у Серёги треснула лодка. Адреналин слегка схлынул, сразу задышалось. После пережитого на водопаде все препятствия предстали в ином свете, хотя зажечь было где. Всё было более-менее одинаково – подходишь к срезу, видишь слив высотой метра два-три, прокладываешь в уме примерный трек, разгоняешься, Лёха тебе снизу подаёт знаки, корректируя курс, и дуешь вниз. Если не попал – тебя немного обрабатывает, но без особой злобы, и выпускает. В одном месте был длинный слив с двумя ступенями, на выходе поигрывала мускулами бочка, как–бы крича наверх: “Давай, кто следующий?!”. Я в ней залёг, как шли другие, не видел, но Маша прошла феерично – сделала всё правильно, вниз просто ломанулась, но бочка не спит, и Маша выполняет эйрлуп с очень хорошим отрывом, правда, немного недокрутила. Ловим, сажаем. Лёха с деланным сожалением:” “Эх, Машка, заснять не успел, может, ещё раз попробуешь?”. И вдруг в ответ:”А чё, можно? Я тогда пойду.” И пошла. Заход, разгон, наверху перетормаживает и заежает в бочку уже лагом. Её тут же крутануло, она встала, и повисла на опоре. При очередном обороте она выпала и пошла к нам, а лодку стало весело гонять по бочке, пока не промыло. На другом препятствии она не успела сбросить нос, её опять выносит лагом и Маша кубарем летит по сливу, сделав два или три кувырка. Вроде в порядке. Доходим до стоянки, отдаём Машу и идём вчетвером. Препятствия чуть подросли в высоту, но характер не изменился. Один раз Лёха ушёл, но внизу мы его не увидели, так высоко было. Ждали долго, пока кто-то не увидел кончик лопасти, и тогда стартовали. На “Веере” я опять залёг – немного забрал вправо со струи – но встал очень легко. Примерно так всё и продолжалось до самого конца - воды было очень много, поэтому препятствия сильно поменялись – что-то стало легче, что-то тяжелее, по крайней мере не было камней. Дошли до моста, вылезли. Не знаю, кто как, а я словно о стену ударился – что, всё? Больше уже вообще никуда не идём? Как же так, ведь каждое вчера надо было куда-то идти завтра… .

Я, по большому счёту, не понимаю, зачем мы вообще куда-то ходим (в смысле сплавляемся)? На свете есть много других странных занятий, отчего же именно это так зацепило? Мы все выглядим, как члены тайного союза. Дверь в нём открыта для всех, но не все в нём остаются. И кто не задержался, не понимает тех, кто вдруг остался. Не говоря уж о тех, кто вообще не приходил. Поэтому-то он тайный. “Дело не в дороге, которую мы выбираем; то, что внутри нас, заставляет выбирать дорогу” – сказал когда-то Боб Тилдот Акуле Додсону и был прав. Что-то настояно в этом тошнотворном запахе неопрена, термобелья и гермы. Что-то ощущаешь волшебное в кончиках пальцев, когда трогаешь весло, ремешок от каски или стропу жилета. А брызги, солнце в харю, сумасшедший драйв в сливе и упругую податливость воды почти на грани секса? Где ещё поймаешь эти ощущения? Нигде. Я думаю, что это и есть главная причина, она скрыта в наших руках и нашем сознании, и сколько не разглядывай, ничего не увидишь.

Дальше всё было просто – ночной рывок в Швецию, сумасшедший день в залитом солнцем Стокгольме, погрузка в “Silja Line”, tax free, пьянка, ресторан, бар, бесконечный преферанс, бар, палуба, пьянка, каюта, ночь… Хельсинки! Финляндия, граница, Питер, нон-стоп до родных пенатов, но где-то в груди, сначала глубоко, а потом всё ближе стал прорастать норвежский синдром по оставленным там невероятным краскам, летящим водопадам, свежему ветру, деревьям на скалах и ленте реки, летящей вдоль дороги. К ним надо вернуться.

 

p.s. Выражаю огромную благодарность всем участникам поездки за сердечность и терпение, а Сане Гришуку ещё и за предоставленные фотографии. Спасибо.

 


Перейти на сайт ww-video.ru

 

Коляныч

 

 

Оцените данную статью:

1 2 3 4 5

 

статистика

Все о бурной воде

наши друзья


Окуловский Слаломный Канал Академия Белой Воды ЭКОТУРСЕРВИС: походы в Карелии - отдых, путешествия и приключения Kayaknroll.ru Гималайский Клуб Рафтеров и Каякеров России Клуб водного туризма